Уважаемые люди!
Незабываемым декабрьским деньком мы с Айсидорой, по сильно подтаявшему снегу шли на прогулку.
Тут надо заметить, что дорогу из нашего двора пересекает тротуар. Перекресток – проще говоря!
На подходе к месту нашего будущего триумфа, Айсидора, по всей вероятности, спинным мозгом учуяла запах нашего с ней общего знакомого, который шел за нами следом.
(уважаемый человек) Николай Федорович – строгий, но справедливый отец моей одноклассницы, не потерявший своей бравости отставной офицер, жил в соседнем подъезде и часто прогуливался с нами по вечерам….
Дернув меня за поводок, Айсидора подалась назад, решив раскланяться со своим старым приятелем, да звуки знакомых голосов отвлекли ее внимание…
По тротуару сверху спускались соседки с первого этажа.
(очень уважаемые люди) Фактуры царицы Марии Федоровны, с императорским бюстом и бархатным манто до полу, председатель профсоюзного комитета со своей дочерью в голубой норке и таким же бюстом, возвращались домой не иначе с парада бриллиантов.
Айсидора не из снобиских соображений, а по ньюфячьей доброте своей, кинулась навстречу любезными дамами, от которых ей частенько перепадало по сахарному мослу…
Да надо ж такому случиться, заприметила, поднимающуюся по тротуару снизу, Нину Алексеевну (человека, ну очень уважаемого!) - профессора, заслуженного учителя Республики, мать лучшего друга моего мужа…
Пожилая дама, в малиновом берете, с аристократическим редикюльчиком, была большой любительницей не только детей, но и собак!
Не веря своему счастью, Айсидора метнулась в сторону противоположного тротуара, уже навстречу Нине Алексеевне, и сама того не желая, поводком поставила мне подсечку. Окончательно потеряв равновесие в скользкой луже, я больно упала на колени в ледяную жижу…
Айсидора продернула меня вперед, и вот я уже голыми ладонями ощущаю все прелести зимнего моржевания, сверху же меня прихлопывает моим пресловутым капюшоном.
Вы думаете, это и был момент Истины?
Да что вы! Даже Айсидора поняла, что тот самый звездный час, когда хозяйка коленоприклоненна, а благородная публика в сборе - только начался!
Секунда и возлюбленная моя Айсидора, передними лапами взобравшись мне на спину, до боли знакомыми движениями каждому собаководу, да и не только ему, устроила нам праздник жизни!
Обессиленная под тяжестью пятидесятикилограммовой живодрыгающейся на мне псины, я, умирая от стыда и хохота, под своим капюшоном, не придумала ничего лучше как на четвереньках ползти по чвякающей луже с места самого веселого позора в моей жизни.
Мой капюшон (хвала его создателю) в очередной раз лишил меня удовольствия видеть лица многоуважаемых зрителей, выигравших бесплатный билет на представление в котором мне была отведена главная роль, несмотря на все их титулы и регалии!
Тут надо заметить, что дорогу из нашего двора пересекает тротуар. Перекресток – проще говоря!
На подходе к месту нашего будущего триумфа, Айсидора, по всей вероятности, спинным мозгом учуяла запах нашего с ней общего знакомого, который шел за нами следом.
(уважаемый человек) Николай Федорович – строгий, но справедливый отец моей одноклассницы, не потерявший своей бравости отставной офицер, жил в соседнем подъезде и часто прогуливался с нами по вечерам….
Дернув меня за поводок, Айсидора подалась назад, решив раскланяться со своим старым приятелем, да звуки знакомых голосов отвлекли ее внимание…
По тротуару сверху спускались соседки с первого этажа.
(очень уважаемые люди) Фактуры царицы Марии Федоровны, с императорским бюстом и бархатным манто до полу, председатель профсоюзного комитета со своей дочерью в голубой норке и таким же бюстом, возвращались домой не иначе с парада бриллиантов.
Айсидора не из снобиских соображений, а по ньюфячьей доброте своей, кинулась навстречу любезными дамами, от которых ей частенько перепадало по сахарному мослу…
Да надо ж такому случиться, заприметила, поднимающуюся по тротуару снизу, Нину Алексеевну (человека, ну очень уважаемого!) - профессора, заслуженного учителя Республики, мать лучшего друга моего мужа…
Пожилая дама, в малиновом берете, с аристократическим редикюльчиком, была большой любительницей не только детей, но и собак!
Не веря своему счастью, Айсидора метнулась в сторону противоположного тротуара, уже навстречу Нине Алексеевне, и сама того не желая, поводком поставила мне подсечку. Окончательно потеряв равновесие в скользкой луже, я больно упала на колени в ледяную жижу…
Айсидора продернула меня вперед, и вот я уже голыми ладонями ощущаю все прелести зимнего моржевания, сверху же меня прихлопывает моим пресловутым капюшоном.
Вы думаете, это и был момент Истины?
Да что вы! Даже Айсидора поняла, что тот самый звездный час, когда хозяйка коленоприклоненна, а благородная публика в сборе - только начался!
Секунда и возлюбленная моя Айсидора, передними лапами взобравшись мне на спину, до боли знакомыми движениями каждому собаководу, да и не только ему, устроила нам праздник жизни!
Обессиленная под тяжестью пятидесятикилограммовой живодрыгающейся на мне псины, я, умирая от стыда и хохота, под своим капюшоном, не придумала ничего лучше как на четвереньках ползти по чвякающей луже с места самого веселого позора в моей жизни.
Мой капюшон (хвала его создателю) в очередной раз лишил меня удовольствия видеть лица многоуважаемых зрителей, выигравших бесплатный билет на представление в котором мне была отведена главная роль, несмотря на все их титулы и регалии!
Комментарии
)))) спасибо за позитив)
Зощенко в тебе нерожденный сидит!
Наблюдать за новыми комметариями.