Вот что мы нашли вчера вечером на нашем пустыре. «Оно» лежало прямо на дорожке и даже не пыталось сопротивляться, с трудом передвигаясь. На тёплой руке «Оно» тут же уснуло от слабости. Дома «Оно» попыталось было наброситься на кусочки мякоти жаренной трески, но это плохо у него получалось. Я был в трансе, поэтому не придумал ничего другого, как напоить его из пипетки простым молоком из холодильника. Жадно хватая стеклянную пипетку и пытаясь её проглотить, «Оно» всё пило и пило и пило. И буквально через пять минут «Оно» стало подавать признаки жизни, шатаясь ходить по донышку ведра, тянуться наружу и издавать жалобные звуки. Очевидно, я угадал, ребёнок был полностью обезвожен. Размочив растёртые кусочки трески в молоке, я выдавил шприцом полученную массу и ещё несколько раз попоил ребёнка на ночь. Я был далёк от мысли, что таким питанием мне удастся его спасти, однако сегодня утром «Оно» окрепло до такой степени, что начало распознавать чужих, т. е. меня и хватало за все пальцы по очереди, явно намереваясь с ними покончить, словно это была ядовитая гадюка. В моей голове немного прояснилось, поэтому утром я сообразил, что неплохо будет смешать молоко с перепелиным яйцом. При появлении поблизости шумно сопящего ньюфаундленда, «Оно» принималось неистово орать, явно признавая в нём своего родителя. При соприкосновении с носом и языком собаки «Оно» умолкало и пыталось отыскать в густой шерсти новоявленного родителя хоть какую-нибудь сиську. И вот теперь, «Оно» сидит в ведре, у моего стола, и я не знаю кто «Оно» и что с ним делать?
Приму любую помощь. Кто эта харьковая морда? Чем её кормить? Куда её девать. Большее, что я смогу найти в нашем городе это козье молоко и то под вопросом. Жевать, очевидно «Оно» пока не умеет. Я весь день на работе (не носить же мне это ведро на работу каждый день) А кормить, наверное, раз шесть надо! А чем и как? Может оставить её на найденном месте, хоть какой но шанс?